Все же было незачем действовать опрометчиво. Поднявшись с дивана, Корнелия Оупеншо направилась к столу в стиле королевы Анны, уселась за него, выписала чек на арендную плату за три месяца, вложила его в конверт, написала на нем адрес, запечатала его, приклеила марку и положила в сумочку для немедленной отправки. Потом она взяла лист писчей бумаги от Тиффани и ручку.

Через двадцать минут, наполнив мусорную корзину неудачными попытками, Корнелия прочитала окончательный вариант, содержавший минимум слов:

Приклеив записку скотчем к позолоченной раме зеркала, а письмо Хендрика Брасса к самому зеркалу, где его должны были сразу же заметить, она заполнила чемодан из крокодиловой кожи украшенной оборками и кружевом одеждой — в основном нижним бельем, спрятала в кошелек целую и разрезанную купюры и устремилась в рискованное предприятие.

Когда пришло письмо, Кит Палмер, как и многие демобилизованные ветераны со времени возникновения войн, пребывал в подавленном состоянии. Он побывал во Вьетнаме, и то, что ему удалось вернуться оттуда целым и невредимым, казалось почти невероятным. Кит до сих пор помнил, как потел от страха в вертолетах.

Сначала его распределили на кухню базы в пяти милях от Дананга, где он устроился совсем неплохо, за исключением ночных минометных атак вьетконговцев, когда не было видно ничего, кроме взрывов. Затем, руководствуясь непостижимой армейской логикой, Кита перевели без единого тренировочного полета пулеметчиком на вертолет, что, разумеется, привело к одной катастрофе за другой.

Впрочем, какая-то логика в этом была, поскольку до поступления в армию Кит занимался металлоломом. Но подобная логика выглядела уж слишком изощренной, чтобы являться чем-то, кроме совпадения.